Аничччччка (anichchka) wrote,
Аничччччка
anichchka

Categories:
  • Mood:

Мемуары:)

Пришло время поведать вам, как я стала Аничччччкой. Авторство этого имени принадлежит, естесстно, Гусевой. Дело было так:
Однажды я полюбила человека системы Вова. Человек этот вот уже много лет спокойно поедал грибы и курил траву в стране Германии - вел, соответственно, тихий вегетарианский образ жизни. Но тут, на старости лет, он решил посетить Родину и на этой Родине с ним случилась я. 2 месяца мы провели на Гусевской даче: венки из ромашек, рваные шорты, распугивание дачников половыми актами где ни попадя и прочая романтика. А Вова, надо сказать, получал от немцев помимо всего прочего деньги за шизофрению. Поэтому в один прекрасный день Вове пришлось уехать на несколько дней в Берлин, дабы изобразить немцам очередной приступ безумия, чтобы бабло не потерять (про наебывание нашими людьми наивных фашыстов я расскажу еще, да). В день отъезда, вернувшись в город, мы поссорились...
* Уходя, Вова сказал гордо, как горьковский Сокол Гадюке: "Хочешь проводить - приезжай на вокзал" - и уехал.
Я хотела, а как же. Надо вам заметить, что к той поре человек системы Вова наблюдал меня только в драных майках, спадающих Гусевских шортах, нечесанную и умытую только в том случае, если Гусева исхитрялась помыть мне морду до нашей с Вовой утренней случки. Потом я была практически неуловима. На вокзал же я явилась в образе, который носил кодовое название "сицилийская вдова на похоранах мужа, которого сама и пристрелила". Т.е. были на мне шпильки, бэлый-бэлый пиджак, черный платок, черные же очки и очень много красного рта. Белорусский вокзал охуел. Я дошлепала до вагона, который должен был увезти Вову, вцепилась в этого Вову и мы стали прощаться. Это было лучшее из прощаний, виденных Белорусским вокзалом. Мы с Вовой клялись, плакали, не могли друг от друга оторвацца, гладили друг друга по мордам дрожжащими руками итэдэ...Проводники и половина пассажиров повываливались из вагонов и зырили на нас. Поезд, стоящий на другой стороне платформы, кажецца, выехал позже, ибо не только пассажиры, но и проводники никак не могли зайти в вагон и оторваться от созерцания нашего с Вовой прощания. Плакали люди, птицы и мухи. Полный пиздец начался на Белорусском вокзале. Вокруг нас с Вовой стояла утешительная массовка в виде Гуся, Гусевского тогдашнего ебаря (голландского антиквара - пиздец был жлоб), Бобра, Вовиных друзей, Гусевских подруг. Все они трогательными репликами усугубляли ситуацию. Бразилия вместе со всеми своими сериалами - хуйня по сравнению с той сценой.
Когда поезд увез человека системы Вова и его друзей, мы все сели в Гусевскую машину. Я смотрела в окно, из под очкофф моих текли слезы. Бобер говорила что-то о прекрасности чувства под названием любовь и пыталась меня обнять. Голландский ебарь-жлоб испуганно жался в угол. Какая-то гусевская подруга плакала, глядя на меня. Гусева молча сидела за рулем, не делая попыток завести машину. Потом обернулась и дрожащим голосом сказала: "Ань, хочешь яблочко?" (маленькое отступление: гусевские предки живут в дальнем подмосковье, и все свое по ней скучание вкладывают в заботливую выдачу Гусевой яблок из их сада...поэтому ближе к осени вся гусевская машина завалена - весь пол, весь багажник итэдэ - яблоками в разной стадии гниения). Я не ответила. Гусева пошарила по полу и выкопала самое приличное на вид яблоко: "Нюша, ну не плачь, съешь яблочко" - повторила она. И тут я не выдержала. Я сняла очки и сказала: "Ну, Гусева, от тебя уж я этого не ожидала. Блять, вокзал, мужик уезжает, может, не вернецца...И что я, должна была просрать такую мизансцену? И ничего не исполнить? Но ты - ты-то с чего повелась на все это, а, Гусева???!!!" Гусева посмотрела на меня...посмотрела...и сообщила радостно: "Ну и сука же ты, Аниччччччччччччка". Именно так - через "и" и с длинннннным, долллллллгим "ч"...
Так я стала Аниччччкой.
Человек системы Вова, к сожалению, вернулся, и прошло еще много времени, прежде чем мне удалось выдворить его в Германию окончательно...
Гусева ждала момента мести целый год...И дождалась. После романтик-этюда с Вовой я поняла всю прелесть отношений с иногородними мужиками - приехал, нафестивалили, уехал, мозг не ебет. Поэтому, когда в моей жизни появился очередной "сами мы не местные", я, разговаривая с Гусевой, сообщила:
- Вставать надо в рань свинячью заффтра...N приезжает - надо на вокзал волочься
- Нахуя тебе на вокзал, сам пусть добираецца - резонно возразила Гусь
- Ниче ты, Гусева, не понимаешь...У нас очень романтичные отношения, я должна его встретить
- Ах, да, я забыла - ты ж у нас вокзалы любишь, Аниччччччка - зловредно сообщила Гусева и гнусно заржала, обосрав мой светлый настрой...
ЗЫ: Кстати, сегодня мне от нее письмо пришло ругательное, про то, что я в гости не еду, начинающееся следующим образом:"Даже не знаю, что и сказать. Сукой назвать - не обидишься".
:)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 47 comments