Аничччччка (anichchka) wrote,
Аничччччка
anichchka

Categories:

Встреча Анички и Верочки с народом.


Как мы с Верочкой mantrabox</lj>  ехали в поезде Одесса - Москва, она уже написала. Я тоже хочу. Потому что незабываемы, блять, встречи русского эстетствующего и социально-стерильного долбоеба с народом, да.

В общем, так. В купе нами были обнаружены:
- советская девушка с ненавистью на лице
- ейный муж, который вонял так, как не может вонять вообще ничего на земле, поэтому мне не удастся привести никакого примера, который дал бы вам хотя бы приблизительное понимание, как и чем вонял этот муж... причем он за сутки дороги раза 4 переоделся, типа аристократ - но все равно вонял пиздецом, "адом и преисподней", как сказала Верочка
- ихний младенец 10 месяцев от роду, который все время, все время, все время орал, не затыкаясь ни на секунду

Естественно, что билеты у них были на верхние полки. Добрая Верочка уступила свое нижнее место девушке и дитенку, вонючий муж долго и призывно смотрел на меня, видимо, предполагая, что я сошла с ума и поэтому ему тоже место уступлю.

Через 10 минут я прокляла все на свете, даже то, что я осталась на нижней полке, потому что семья все то, что они отчего-то считают едой, сложила под стол и, соответственно, мне под нос.

А потом они сели есть... Вот это отдельная советская история, загадочная. Вот откуда у людей взялась привычка, сев в поезд, немедленно начать жрать???!!!  При чем так, как будто они недели три до этого поезда не ели вовсе. То есть поляна накрывается основательная, как будто Новый год и гости. Салаты, паштеты, горячее, гарниры, закуски - все. У этой семьи с собой был даже термос с горячей водой - потому что проводник сначала билеты собирает, то-се, минут 20 придется чай ждать, а как же они в поезде без чая 20 минут проведут, невозможно это совсем - без чая. Почему все практически пассажиры поезда не поели дома - было моим первым вопросом к мировому устройству. Второй вопрос был куда ужаснее и актуальнее - что, ЧТО, блять ела семья наших соседей, что это воняло до рези в глазах и вызывало ежесекундные рвотные порывы?! Это был какой-то очень старый чеснок в промышленных количествах, который был разложен по разным банкам-газеткам и к которому было добавлено немножко других старых продуктов, в зависимости от того, что за блюдо подразумевалось готовившим все вот это (человек ли он вообще?). Я залезла с головой под одеяло, боролась с тошнотой и в ужасе понимала, что мои любимые духи Самсара лежат в сумке, которая лежит под полкой, на которой сидит и ест семья, а потому не достижимы и в нос себе ими набрызгать я не смогу. Верочка собрала свой свитер в кучку, уткнулась в него носом и тоже тихо погибала.

Не забывайте, что все это сопровождалось воплями младенца.

Доев, семья начала воспитывать ребенка. Воспитывали они его странно. Младенец орал, а молодая мать говорила: "Еб твою мать, заткнись, блять" и пиздила его по памперсу. Причем делала все это так интенсивно, как будто надеялась, что посредством сего  ритуала младенец  немедленно, тут же, в поезде, не только заткнется, но и закончит институт, купит квартиру и навсегда уйдет от родителей. Молодой отец в это время сидел в глубокой задумчивости и интенсивно вонял.

Я ушла курить. Пока я курила, как потом поведала Верочка, мать решила приласкать младенца. Она сняла с него памперс, позырила на продолжающего голосить ребенка и ласково сказала: "Что, сука, жопка зябнет?!"

В общем, пошатываясь от свалившихся на нас горестей, мы с Верочкой отбыли в вагон-ресторан.

Введите содержимое врезки
В вагоне-ресторане протекала своя, тоже довольно стремная, жизнь, но хотя бы не воняло и младенец не орал.
Первый ахуй я пережила, выйдя в тамбур покурить. Следом за мной вышел повар вагона-ресторана и тихо спросил: "Икру в Москве продать можешь?" (откуда у жителя Украины икра - мне так и не стало ясно... может, сам мечет?)
Дальше было так:
Я: Нет. Не могу.
П.: А что можешь продать?
Я: Ничего
П.: А купить что можешь?
Я: Тоже ничего
П.: Не работаешь, что ли?
Я: Работаю
П.: Как же ты работаешь, если ничего продать не можешь и купить не можешь? Не бывает такой работы
Я: Я в кино работаю...
П.: О! Диски продать можешь?
Пошатываясь от самых утомительных в моей жизни переговоров и отмахиваясь от повара я вернулась в ресторан. Там сидела побледневшая Верочка. Выяснилось, что какой-то пьяный, уголовного вида чувак попытался уйти, не заплатив, был пойман официанткой и теперь требовал, чтобы официантка пила с ним водку. "Я с тобой не праздную ничего! Мне похуй, что ты на работе не пьешь! Я сказал - принесла быстро водки и выпила со мной!". За спиной официантки замаячили повара с поварешками. Дело запахло керосином. Уголовник был в том состоянии, когда никакими "да ладно тебе, парень" ситуацию разрешить было нельзя. Он отошел к своему столику, в полной тишине медленно ебнул стакан водки, запил пивом и... И стал читать рэп. Причем какой-то специальный уголовный рэп про то, как "я нормальный пацан", и "слышь, ты, бык", и "своих не сдаю", и "я не фраер". Представляете себе мизансцену? Кино и немцы, ага. Верочка ржала в кулак, я охуевала, но ржать опасалась, потому как сидела лицом к исполнителю и ну его нахуй.

В ночи, ближе к таможне, мы вернулись в купе. Там чутко дремал младенец, покрикивая периодически, дабы родителям служба медом не казалась. Рядом с младенцем лежала его маман и театральным шепотом вещала в сторону верхней полки: "Олег! Олег! Иди поспи с ним! А я наверху посплю! Я весь бок отлежала! Олег!". Олег делал вид, что спит. Когда делать вид стало невозможно, потому как шепот евойной жены слышали уже все в радиусе 10 км от источника звука, Олег с верхней полки прошептал: "Ну ты, блять, оборзела ваще".

И тут пришли таможенники. Приходили они 4 раза. А потом проснулся младенец...

Верочка пыталась спастись от младенческих воплей с помощью интенсивного прослушивания плеера. Но спастись от них было нельзя. Я опасалась, что Верочка по факту поездки станет Главной Чайлдфри Нашей Страны. Потому что даже я, сама будучи матерью, возненавидела всех младенцев мира сильно и навсегда. "Верочка!  - заныла я - пойдем в ресторан, а?" - "Я не могу... Я устала... Я просто не дойду..." - стонала Верочка. "Пока только младенец орет, - страшным голосом сказала я, - а ведь сейчас его родители завтракать начнут". После этого заявления я догнала Верочку только через 5 вагонов, на пороге вагона-ресторана.

Никогда никуда дальше Питера в поезде не ездила - и больше не буду, даже по приговору суда, ага

"Зато мы были с нашим народом" - задумчиво сказала Верочка, когда мы выпали на перрон Киевского вокзала.

Как-то так, ага:)
 
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 253 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →